+7 (499) 322-30-47  Москва

+7 (812) 385-59-71  Санкт-Петербург

8 (800) 222-34-18  Остальные регионы

Звонок бесплатный!

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления — Статьи и очерки по уголовному праву

1. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления путем обещаний, обмана, угроз или иным способом, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, —

наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

2. То же деяние, совершенное родителем, педагогическим работником либо иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, —

наказывается лишением свободы на срок до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные с применением насилия или с угрозой его применения, —

наказываются лишением свободы на срок от двух до семи лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

4. Деяния, предусмотренные частями первой, второй или третьей настоящей статьи, связанные с вовлечением несовершеннолетнего в преступную группу либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, а также в совершение преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, —

наказываются лишением свободы на срок от пяти до восьми лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Содержание

Комментарий к Ст. 150 УК РФ

1. Вовлечением в совершение преступления признаются действия различного характера лица, достигшего 18-летнего возраста, направленные на склонение несовершеннолетнего к совершению преступления и возбуждающие у него желание участвовать в совершении одного или нескольких преступлений. К уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления могут быть привлечены лица, достигшие 18-летнего возраста и совершившие преступление умышленно.

Способами вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, предусмотренные ч. 1 настоящей статьи, являются: обещания, обман, угрозы или иные способы. При этом для квалификации действий виновного не имеет значения, вовлекается ли несовершеннолетний в качестве исполнителя преступления, либо в качестве иного соучастника преступления (пособника, подстрекателя).

Под обещаниями следует понимать обещания вовлекаемому несовершеннолетнему различных благоприятных для него и (или) его близких в будущем последствий: передать деньги либо иное имущество, в том числе похищенное у потерпевшего, оказать какую-либо помощь и т.д.

Под обманом следует понимать сообщение вовлекаемому несовершеннолетнему заведомо недостоверной информации относительно объективных и субъективных признаков преступления, к совершению которого склоняется несовершеннолетний: уверение вовлекаемого несовершеннолетнего, что он в силу своего возраста не может быть привлечен к уголовной ответственности за содеянное, либо что изъятые у потерпевшего ценности принадлежат не потерпевшему, а вовлекающему лицу и пр. При этом несовершеннолетний не осознает, что он совершает преступление, добросовестно заблуждается в принадлежности изъятых ценностей.

Под угрозой следует понимать предупреждение вовлекаемого несовершеннолетнего о различных неблагоприятных последствиях для него и (или) его близких в случае отказа от совершения преступления: причинить имущественный вред несовершеннолетнему, уничтожить его имущество, распространить позорящие сведения о несовершеннолетнем и пр.

Под иным способом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления следует понимать возбуждение у него чувства зависти, мести, низменных побуждений, с целью склонения к совершению преступления.

Согласно п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 01.02.2011 N 1 при рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних, совершенных с участием взрослых, необходимо тщательно выяснять характер взаимоотношений между взрослым и подростком, поскольку эти данные могут иметь существенное значение для установления роли взрослого в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления. Следует также устанавливать, осознавал ли взрослый либо допускал, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления. Если взрослый не знал о несовершеннолетии лица, вовлеченного им в совершение преступления, он не может привлекаться к ответственности по комментируемой статье. Преступления, ответственность за которые предусмотрена ст. ст. 150 и 151 УК, являются оконченными с момента совершения несовершеннолетним преступления, приготовления к преступлению, покушения на преступление или после совершения хотя бы одного из антиобщественных действий, предусмотренных диспозицией ч. 1 ст. 151 УК (систематическое употребление спиртных напитков, одурманивающих веществ, занятие бродяжничеством или попрошайничеством). Если последствия, предусмотренные диспозициями названных норм, не наступили по не зависящим от виновных обстоятельствам, то их действия могут быть квалифицированы по ч. 3 ст. 30 и по ст. 150 либо ст. 151 УК.

Согласно п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 01.02.2011 N 1: «В случае совершения преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности, лицо, вовлекшее его в совершение преступления, в силу части 2 статьи 33 УК РФ несет уголовную ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения.

Действия взрослого лица по подстрекательству несовершеннолетнего к совершению преступления при наличии признаков состава указанного преступления должны квалифицироваться по статье 150 УК РФ, а также по закону, предусматривающему ответственность за соучастие (в виде подстрекательства) в совершении конкретного преступления».

2. В ч. 2 комментируемой статьи предусмотрена повышенная уголовная ответственность за совершение данного преступления родителем, педагогом либо иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего. Субъектом указанных действий могут быть как физиологические родители (отец, мать), так и усыновители несовершеннолетнего. Кроме того, к уголовной ответственности могут быть привлечены родители, которые были лишены родительских прав. Частью 2 настоящей статьи предусмотрено привлечение к уголовной ответственности педагога, а также и того лица, которое в отношении несовершеннолетнего выполняет воспитательные функции (воспитатель детского дома, учитель в школе, тренер спортивной секции, в которой занимается несовершеннолетний, и пр.). Под иными лицами следует понимать также любых фактических воспитателей несовершеннолетнего (опекуна, попечителя, отчима, мачеху, дедушку, бабушку, взрослых братьев и сестер). Однако ответственность в данном случае может наступить для указанных лиц только тогда, когда у несовершеннолетнего отсутствуют родители или если родители лишены родительских прав, а законом на них возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетних. Лица, выполняющие воспитательные функции в детских учреждениях, за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления могут быть лишены права занимать эти должности.

3. В ч. 3 комментируемой статьи предусматриваются в качестве квалифицированных признаков объективной стороны преступления применение насилия, а также угроза применения насилия.

Под насилием следует понимать причинение физической боли, избиение, связывание, а также применение физического насилия к другому лицу, жизнь и здоровье которого для него дороги в силу сложившихся взаимоотношений. Нанесение побоев, не влекущих кратковременное расстройство здоровья, полностью охватывается ч. 3 комментируемой статьи и дополнительной квалификации по ст. 116 УК не требует. Если в результате применения насилия несовершеннолетнему умышленно причиняется легкий вред здоровью, либо умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, то действия виновного следует квалифицировать по ч. 3 комментируемой статьи и по соответствующей статье, предусматривающей причинение вреда здоровью (ст. ст. 115, 112, 111 УК). Если насилие совершается в виде истязания, насильственного лишения свободы, похищения потерпевшего, изнасилования, насильственных действий сексуального характера, то содеянное подлежит ответственности по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 комментируемой статьи и соответствующих статей, предусматривающих ответственность за указанные преступления.

Под угрозой применения насилия следует понимать угрозу нанесения побоев, причинения вреда здоровью различной тяжести, истязания, изнасилования, насильственных действий сексуального характера, похищения либо лишения свободы.

4. Часть 4 комментируемой статьи предусматривает ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в преступление, которое совершается группой, вовлечение в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, либо в совершение преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Под преступной группой понимается группа лиц по предварительному сговору, организованная группа, преступное сообщество, в которые вовлекается несовершеннолетний. При этом возрастной состав преступной группы для квалификации не имеет значения (группа может состоять исключительно из несовершеннолетних, которыми руководит взрослое лицо, либо состоять из взрослых и несовершеннолетних). Преступление считается оконченным с момента согласия несовершеннолетнего участвовать в преступной группе, независимо от того, совершил ли он преступления в ее составе или не совершил.

5. Для понимания квалифицирующих признаков вовлечения в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления следует обратиться к содержанию ч. ч. 3, 4 ст. 15 УК, предусматривающих данные категории преступлений.

К преступлениям, совершаемым по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, относят преступления, в основе которых лежит неприязнь к лицам, принадлежащим к иной этнической, религиозной или социальной группе либо к лицам иных идеологических или политических взглядов.

Преступления против семьи и несовершеннолетних

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления

Установление уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления имеет важное предупредительное значение, своевременное изобличение и наказание виновных в этом преступлении дает возможность предотвратить антиобщественное поведение несовершеннолетних, уберечь их от разлагающего влияния со стороны взрослых преступников, способствует нормальному развитию и нравственному воспитанию подрастающего поколения.

Объектом преступления являются нормальное развитие и формирование личности несовершеннолетнего. Объективную сторону преступления составляют действия, направленные на возбуждение у несовершеннолетнего желания совершить одно или несколько преступлений или участвовать в их совершении. При этом действия виновного носят активный характер и сопряжены с физическим или психическим воздействием на несовершеннолетнего (побои, уговоры, уверения в безнаказанности, лесть, угрозы и запугивание, подкуп, обман и др.).

Преступление считается оконченным с момента склонения несовершеннолетнего к совершению преступления, когда у последнего под влиянием взрослого возник умысел на совершение преступления. В тех случаях, когда несмотря на оказанное воздействие взрослому не удалось вовлечь несовершеннолетнего в совершение преступления, действия взрослого должны быть признаны покушением на совершение рассматриваемого преступления.

Лицо, вовлекшее в совершение преступления несовершеннолетнего, не достигшего возраста уголовной ответственности, и совместно с ним совершившее это преступление, должно быть признано исполнителем совершенного преступления независимо от формы участия в нем. Исполнителем преступления оно признается и тогда, когда преступление было совершена несовершеннолетним, не достигшим возраста уголовной ответственности без его участия. Кроме того, действие взрослого в обоих случаях подлежат квалификации и по ст. 150 УК.

Действия лица, вовлекшего в совершение конкретного преступления (кража, грабеж, причинение вреда здоровью и др.) несовершеннолетнего, достигшего возраста уголовной ответственности, и совместно с ним совершившего это преступление, подлежат квалификации по совокупности ст. 150 и по статье, предусматривающей совершенное преступление.

Субъектом преступления признается лицо, достигшее к моменту совершения преступления 18-летнего возраста. Субъектами преступления, предусмотренного ч. 2, выступают родители несовершеннолетнего, педагоги либо иные лица, на которых законом возложены обязанности по его воспитанию (опекуны, попечители и т.п.).

С субъективной стороны рассматриваемое преступление совершается умышленно, с прямым умыслом. Лицо сознает, что вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления и желает этого. При этом оно может преследовать определенные цели либо действовать из тех или иных низменных побуждений.

По ч. 3 ст. 150 следует квалифицировать вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления с применением к нему насилия. При этом умышленное причинение тяжкого вреда здоровью несовершеннолетнего требует дополнительной квалификации по ст. 111 УК. Квалифицирующим признаком преступления является также угроза применения к несовершеннолетнему различных видов насилия, вплоть до угрозы убийством.

Особо квалифицирующим обстоятельством рассматриваемого преступления признается вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу либо в совершение тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 4 ст. 150).

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий

Статья 151 УК устанавливает ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в систематическое употребление спиртных напитков, одурманивающих веществ, в занятие проституцией, бродяжничеством или попрошайничеством.

Вовлечение несовершеннолетнего в систематическое употребление спиртных напитков и одурманивающих веществ означает возбуждение у него различными способами (уговорами, угощениями, обещанием каких-либо выгод) постоянного желания к их употреблению.

К веществам, влекущим одурманивание, относятся различные лекарственные препараты, не являющиеся наркотическими средствами и психотропными веществами (димедрол, эфедрин, триоксазин, седуксен и др.), которые при приеме без разрешения медицинских учреждений и в недозволенных дозах могут оказать одурманивающее влияние на человека. К таким веществам относятся также предметы хозяйственно-бытового назначения, в частности фосфорорганические соединения, растворители, пестициды, токсичные вещества (например, ацетон, карбофос, дихлофос и т.п.), употребление которых создает реальную угрозу физическому, психическому и нравственному здоровью несовершеннолетнего.

Преступлением признается вовлечение несовершеннолетнего в систематическое (в течение, например, одного года) употребление одурманивающих веществ.

Вовлечение несовершеннолетней в занятие проституцией (вступление женщины в половую связь с мужчиной за вознаграждение) состоит во втягивании ее в это занятие путем запугивания, уговоров, применения насилия или угроз, различных соблазнов, с использованием зависимого положения и т.п. Если вовлечение несовершеннолетней в занятие проституцией сопровождалось совершением виновным в отношении ее половых преступлений, то его действия, помимо ст. 151, подлежат квалификации по соответствующей статье гл. 18 УК.

Вовлечение несовершеннолетнего к занятию бродяжничеством или попрошайничеством заключается в возбуждении стремления или непосредственном втягивании его к паразитическому образу жизни, скитанию по различным местностям, длительному непроживанию по месту своего жительства, уклонению от учебы и общественно полезного труда, систематическому выпрашиванию у посторонних лиц подаяния в виде денег, продуктов питания, одежды или других материальных ценностей и т.п.

Субъектом преступления может быть признано только лицо, достигшее к моменту совершения преступления 18-летнего возраста.

С субъективной стороны преступления, предусмотренные ст. 151, совершаются умышленно, с прямым умыслом.

По ч. 2 ст. 151 подлежит квалификации вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий, совершенное родителем, педагогом либо иным лицом, на которое законом возложены обязанности по его воспитанию (например, опекуном, попечителем).

Квалифицирующими признаками рассматриваемых преступлений по ч. 3 ст. 151 признается их совершение неоднократно либо с применением насилия или с угрозой его применения. При этом причинение тяжкого вреда здоровью требует дополнительной квалификации по ст. 111 УК.

Торговля несовершеннолетними

Объектом преступления являются общественные отношения, обеспечивающие физическое и нравственное развитие несовершеннолетнего.

Объективную сторону преступления образуют купля-продажа несовершеннолетнего либо совершение иных сделок в отношении несовершеннолетнего в форме его передачи и завладения им. Преступление отнесено к особо тяжким (см. ч. 5 ст. 15 УК).

Купля-продажа несовершеннолетнего означает передачу его в собственность другому лицу за определенную денежную сумму или иные материальные ценности. Под иными сделками в отношении несовершеннолетнихв форме его передачи и завладения им могут быть признаны случаи передачи несовершеннолетнего другому лицу для использования его в антиобщественных действиях либо изъятия у него органов или тканей для трансплантации, завладения безнадзорным ребенком с целью его продажи или иного использования в корыстных целях, обманного завладения ребенком для вывоза его за границу и т.п. Ответственность за похищение несовершеннолетнего, захват или удержание его в качестве заложника предусмотрена в ст. 126 и 206 УК.

Это интересно:  Обязанность сообщать о перемене места работы лица, обязанного уплачивать алименты, статья 111 СК РФ

Субъектами преступления могут быть признаны родители и другие родственники несовершеннолетнего, его усыновители, опекуны и попечители, иные лица, на которых возложены обязанности по его обслуживанию и воспитанию (работники родильных домов, интернатов, детских домов и т.п.). При купле-продаже несовершеннолетнего субъектами преступления должны быть признаны как продавец, так и покупатель.

С субъективной стороны преступление совершается с прямым умыслом. Совершая куплю-продажу или иные сделки в отношении несовершеннолетнего, виновный, как правило, преследует корыстные цели. Преступление может быть совершено также из желания избавиться от ребенка.

Квалифицирующими признаками преступления признаются деяния, совершенные: а) неоднократно; б) в отношении двух или более несовершеннолетних; в) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; г) лицом с использованием своего служебного положения; д) с незаконным вывозом несовершеннолетнего за границу или незаконным возвращением его из-за границы; е) в целях вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления или иных антиобщественных действий, а также для совершения действий сексуального характера; ж) в целях изъятия у несовершеннолетнего органов или тканей для трансплантации (ч. 2 ст. 152 УК).

Те же деяния, повлекшие за собой по неосторожности смерть несовершеннолетнего или иные тяжкие последствия, предусмотрены в ч. 3 ст. 152 УК.

Иные преступления против семьи и несовершеннолетних

К их числу гл. 20 УК относит целый ряд деяний, посягающих в целом на интересы семьи, а также на интересы ребенка (видовой объект). Подмена ребенка (ст. 153) — преступление, объективную сторону которого составляет замена одного новорожденного ребенка другим в родильном доме (доме ребёнка) либо в ситуации, когда мать ребенка или другие его родственники или законные представители не могут идентифицировать своего ребенка и обнаружить факт подмены. Если указанные лица заведомо способны опознать своего ребенка и безусловно обнаружат факт его подмены, то завладение им с последующей или одновременной заменой на другого новорожденного образует похищение человека (ст. 126 УК).

Состав преступления образует как подмена чужого ребенка другим чужим, так и чужого ребенка своим.

Окончено преступление с момента совершения действий, после которых ребёнок не может быть идентифицирован его родителями (например, после внесения соответствующей записи в книгу учета рождений родильного дома). Если подмена обнаруживается в процессе передачи ребенка (чужого) потерпевшему, то содеянное образует покушение на преступление и квалифицируется по ст. 30, 153 УК.

Субъективная сторона — вина в форме прямого умысла: лицо осознает, что осуществляет подмену одного ребенка другим, понимает, что это не будет обнаружено его родителями или законными представителями, и желает совершить такую подмену под влиянием корыстных или иных низменных побуждений. При отсутствии таковых (например, при стремлении обеспечить ребенку надлежащее воспитание) состав преступления отсутствует.

Субъект преступления — лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Незаконное усыновление

Незаконное усыновление (удочерение) (ст. 154) образуют: 1) совершенные неоднократно незаконные действия по усыновлению (удочерению) детей, передаче их под опеку (попечительство) или на воспитание в приемную семью; 2) единичный факт нарушения установленного порядка устройства детей, оставшихся без попечения родителей, с нарушением положений Семейного кодекса РФ или норм, содержащихся в Положении о порядке передачи детей, являющихся гражданами РФ, на усыновление гражданам РФ и иностранным гражданам, при наличии корыстных побуждений.

Фактически преступление может выражаться в усыновлении детей, родители которых живы и не лишены родительских прав; при отсутствии письменного согласия на усыновление; в посреднической деятельности по усыновлению (удочерению) детей, осуществляемой от имени лиц, желающих усыновить (удочерить) их, за вознаграждение; усыновление без согласия ребенка, достигшего 10-летнего возраста, а также без учета требуемой разницы в возрасте между усыновителем и усыновляемым ребенком; назначение в качестве опекуна (попечителя) лица, неспособного выполнять соответствующие обязанности; в передаче ребенка на воспитание в семью лицам, не имеющим права выступать в качестве приемных родителей.

Субъективная сторона преступления — вина в форме прямого умысла при наличии корыстных побуждений, т.е. стремлении лица извлечь из усыновления (удочерения) или иного устройства ребенка, оставшегося без попечителей, прямую материальную выгоду.

При неоднократном совершении незаконных действий по усыновлению (удочерению) мотивы поведения виновного значения не имеют (могут быть не только корыстными).

Субъект преступления лицо, обязанное заниматься выявлением и устройством детей, оставшихся без попечения родителей (работник органа опеки и попечительства), а также усыновляющее (удочеряющее) лицо. Должностное лицо, действующее из корыстных побуждений, в этой ситуации подлежит ответственности за злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК) или за получение взятки (ст. 290 УК).

Разглашение тайны усыновления

Разглашение тайны усыновления (удочерения) (ст. 155 УК) с объективной стороны означает сообщение в любой форме (устно, письменно, анонимно) о факте усыновления (удочерения) ребенка вопреки воле усыновителя как усыновленному ребенку, так и любому другому лицу. Преступление является оконченным независимо от наступления каких-либо общественно опасных последствий.

Субъект преступления: 1) лицо, которое обязано хранить тайну усыновления (удочерения) как служебную или профессиональную тайну (судья вынесший решение об усыновлении, должностное лицо, осуществляющее государственную регистрацию усыновления), т.е. специальный субъект; 2) любое достигшее 16-летнего возраста лицо, которому достоверно известно о факте усыновления.

Субъективная сторона при совершении деяния специальным субъектом — вина в форме прямого умысла (мотив значения не имеет).

Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего

Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего с объективной стороны образует деяние (действие или бездействие), которое грубо нарушает разумно допустимые в демократическом обществе принудительные меры по воспитанию несовершеннолетних детей родителями или иными лицами, уполномоченными проводить воспитательную работу. Фактически преступление выражается в жестоком обращении по отношению к ребенку со стороны родителей или иных лиц, на которых возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетних.

Жестокое обращение — это причинение ребенку особых физических ипсихических страданий путем побоев, лишения пищи и воды, крова, одежды (в холодное время года) и т.п. Умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, а также истязание ребенка влечет ответственность по ст. 111, 112 или 117 УК. Доведение несовершеннолетнего до самоубийства путем жестокого обращения с ним влечет ответственность по ст. 110 УК.

Субъект преступления — специальный: а) родители (кровные, усыновители, приемные); б) иное лицо, на которое возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего (ребенка), например, опекун (попечитель); в) педагог или другой работник образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанного осуществлять надзор за несовешеннолетним.

Злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей

Злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей с объективной стороны заключается в бездействии: 1) злостном уклонении родителя от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетних детей, а равно нетрудоспособных детей, достигших 18-летнего возраста (алиментов); 2) злостном уклонении совершеннолетних детей от содержания своих нетрудоспособных родителей.

Обязательным условием наступления ответственности по ч. 1 или ч. 2 данной статьи является вступление в законную силу вынесенного судом решения о взыскании средств на содержание несовершеннолетних детей либо нетрудоспособных родителей (алиментов) с учетом размера заработка (дохода).

Уклонение — это не только прямой отказ от уплаты по решению суда или постановлению судьи алиментов на детей, но и сокрытие лицом своего действительного заработка, смена работы или места жительства с целью избежать удержаний по исполнительному листу, уклонение с той же целью от работы или иные действия, свидетельствующие об уклонении от уплаты присужденных средств.

Вопрос о злостности уклонения должен решаться в каждом конкретном случае с учетом продолжительности и причин неуплаты лицом алиментов и всех других обстоятельств дела.

Субъективная сторона — вина в форме прямого умысла.

Субъект преступления по ч. 1 ст. 157 УК — родители, т.е. лица, записанные отцом и матерью ребенка в книге записей рождения, в том числе и те, отцовство которых установлено в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 48 и ст. 49 Семейного кодекса РФ, а также усыновители. По ч. 2 ст. 157 субъектом преступления являются как родные (по происхождению) дети, так и иные лица, которые по закону приравнены к ним.

История развития отечественного уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественную деятельность Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Павлов Дмитрий Владимирович

В статье проведено исследование вопросов развития в уголовном законодательстве норм, связанных с уголовной ответственностью за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественные действия. Особое внимание обращено на историко-правовой аспект развития законодательства нашего государства. В частности, изучено русское уголовное законодательство, законодательство советского периода и действующие уголовно-правовые нормы по исследуемой проблеме.

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Павлов Дмитрий Владимирович,

History of development in home criminal legislation specifying in responsibility for involving minors in criminal and anti-social activity

The article is devoted to the problems of the home criminal law specifying in responsibility for involving juveniles in crimes. In this article the author analysis the development of such Russian penal law acts as the involving juveniles in to a criminal and antisocial activity. Main attention is devoted to the historical-legal aspect of the law development of Russia. Especially, author analyses the above mentioned legal propositions of the penal law beginning since the Russian Empire, including the Soviet Union period and the modern Russia.

Текст научной работы на тему «История развития отечественного уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественную деятельность»

история развития отечественного уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественную деятельность

Ключевые слова: история уголовного законодательства, антиобщественная деятельность, преступность несовершеннолетних, криминология, уголовное право, история права.

Аннотация: В статье проведено исследование вопросов развития в уголовном законодательстве норм, связанных с уголовной ответственностью за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественные действия. Особое внимание обращено на историкоправовой аспект развития законодательства нашего государства. В частности, изучено русское уголовное законодательство, законодательство советского периода и действующие уголовно-правовые нормы по исследуемой проблеме.

История развития уголовного законодательства на разных исторических этапах развития нашего государства по-разному определяла круг деяний, признаваемых преступлениями. Весьма не однозначным было и отношение к вопросу об ответственности за вовлечение1 несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность.

Анализируя развитие уголовного права на начальном этапе существования русского государства, мы можем обнаружить, что решение вопросов в данной сфере в большей степени реализовывалось через создание правовых запретов на отдельные формы поведения, объективно причинявшие вред детям. Ребенок не признавался самостоятельным объектом уголовно-правовой охраны, а нормы, его защищавшие, как правило, в качестве основного социального назначения имели охрану иных интересов и ценностей.2

* Кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и процесса Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина. E-mail: pavlovdmitriy@ mail.ru

1 Под вовлечением понимается побуждение, привлечение к участию в чем-нибудь (См.: Толковый словарь русского языка / Под ред. С. И. Ожегова. М., 1992. С. 87).

2 Мальцев В. В. Введение в уголовное право. Волгоград, 2000. С. 47.

Подобное положение дел оставалось практически неизменным на протяжении длительного периода. Так, предписания Кормчей книги действовали вплоть до XVII в. и во многом определяли политику государства в анализируемой сфере. Э. Б. Мельникова обоснованно подчеркивает: «В юриспруденции от античного мира до середины XIX века не существовало правового понятия детства как особо защищаемого периода жизни человека; в правовых актах отсутствуют юридические правила специальной защиты подростков в суде, в тюрьмах, после освобождения из них, а жестокость закона и суда по отношению к несовершеннолетним проявлялась в том, что при совершении преступления они приравнивались к взрослым преступни-кам».3

Следующий этап в развитии законодательства Российского государства приходится на время правления Петра I, когда были изданы Воинские (1716 г.) и Морские (1720 г.) артикулы, окончательно определившие понятие преступного деяния. Тем не менее, законодательство Петра Великого практически ничего нового не внесло в уголовное право о преступном деянии по сравнению с предшествующим русским законодательством.

В дальнейшем на протяжении XVIII в. номенклатура преступлений против несовершеннолетних постепенно пополнялась, что происходило как за счет формулирования новых составов правонарушений, так и большей частью посредством создания судебных прецедентов.4 С развитием уголовного права вопрос о вовлечении несовершеннолетних в преступные деяния становится все более значимым.

Наиболее богатым в плане законотворчества в рассматриваемой области явился XIX в. В это время уголовное право впервые становится самостоятельной отраслью знания. Происходит это под влиянием вполне определенного фактора — развития юриспруденции, в том числе юридических учебных заведений. Создание большого числа юридических школ привело не только к оживлению науки, но и развитию уголовно-правовых знаний по отдельным уголовно-правовым явлениям, что можно отнести и к исследованию вопросов, связанных с вовлечением несовершеннолетнего в преступную деятельность.

15 августа 1845 г. было принято «Уложение о наказаниях уголовных

3 Мельникова Э. Б. Ювенальная юстиция: Проблемы уголовного права, уголовного процесса, криминологии: Учеб. пособие. М., 2000. С. 27.

4 Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних. СПб., 2002. С. 24.

и исправительных», которое имело существенное значение для развития уголовного законодательства России. В нем впервые предусматривались нормы уголовной ответственности взрослых за вовлечение в преступление несовершеннолетних. Данные составы были перечислены в разд. XI закона «О преступлениях против прав семейственных», гл. II, отд. I «О злоупотреблении власти родительской». Абсолют родительской власти в эпоху реформ был несколько снижен, а сама власть урезана и поставлена в рамки закона. Как отмечал А. Лохвицкий: «Это смягчение обусловливалось не только нравственными началами, но и государственным интересом, потому что дети, находясь в безусловной власти родителей, повинуясь им беспрекословно, тем самым выходили из-под власти государства; самодержавие родителей парализовало самодержавие верховной власти и закона. Теперь власть родителей сохранена законом в пределах, требуемых нравственностью, благом семьи, самих детей и государства».5

В соответствии с законом отец и мать несли ответственность также за умышленное развращение нравственности детей, а равно и «за потворство, с намерением их разврату» (ст. 2080).6 Ст. 2093 предусматривала ответственность опекунов, которые через употребление во зло своей власти или посредством преступных внушений и обольщений вовлекают умышленно в преступление лицо, вверенное их опеке. В ст. 1296 говорилось об ответственности, когда «отец или мать будут изобличены в сводничестве детей своих».7 В ст. 1298 была предусмотрена ответственность «опекунов, учителей или других каких-либо лиц, имеющих надзор за малолетними или несовершеннолетними, которые будут изобличены в сводничестве состоящих под их опекой или надзором».

Это интересно:  Превышения пределов необходимой обороны — Статьи и очерки по уголовному праву

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что хотя законодатель на данном историческом этапе и ставит проблему преступлений против несовершеннолетних, она явилась только началом глубокой проработки и четкого законодательного определения и формулирования. Так, в Уложение 1845 г. были впервые включены рассмотренные нами нормы, имеющие большое значение для развития института уголовной ответственности в отношении несовершеннолетних и лиц, вовлекших их в преступную деятельность. Появление такого понятия, как вовлечение, не только расширило круг правоотношений, но и определило проблемы, которые ра-

5 Лохвицкий А. Курс русского уголовного права. СПб., 1867. С. 189.

6 Полное собрание законов Российской Империи. СПб., 1846. Т. XX. С. 972.

нее в законодательстве не освещались. Вместе с тем оставались вопросы, требующие более конкретной разработки для применения их на практике.

В начале XX в. (22 марта 1903 г.) было принято Уголовное Уложение, которое явилось последним крупнейшим законодательным актом Российской Империи в области материального права. Определенные изменения в нем были предусмотрены и при законодательном закреплении вопроса о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления. В отличии от редакции Уложения 1885 г., вопросы, связанные с вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления, выразились в законе изменением внутреннего строения гл. XIX «О преступлениях против прав семейственных». Ранее в ней отсутствовало разделение на преступления, совершенные родителями в отношении детей, и преступления, совершенные детьми. Вопросы о вовлечении были рассмотрены в правовых нормах гл. XXVI «О преступных деяниях против личной свободы» наряду с другими преступлениями и являлись более полными по содержанию, чем действующие ранее.

Итак, анализ содержания норм уголовного права России XIX — начала XX в. о защите интересов несовершеннолетних свидетельствует о том, что в этот период они были наиболее развиты. Впервые в истории Российского государства в системе уголовного права появился правовой институт, ориентированный на защиту интересов лиц, не достигших совершеннолетия. Вместе с тем проблема вовлечения несовершеннолетнего лица в преступление, занимая в законодательстве одно из важных мест, оставалась все еще мало разработанной.

Перемены, произошедшие в социально-экономической жизни нашей страны в начале XX в., не только прервали процесс поступательного развития российского общества, но и направили его в принципиально новое русло, провозгласив в качестве идеалов социального устройства государственную собственность, равенство сословий и полов, секуляризацию власти и быта. Это обусловило интенсивное формирование власти и обновление законодательства, в частности издание многочисленных законодательных актов, которые в период становления Советской республики не имели четкой систематизации. Уголовное законодательство в этот период в целом также развивалось достаточно бессистемно.

В связи с общим ростом детской преступности, а также увеличением числа преступлений с участием несовершеннолетних, одним из первых шагов, направленных на предупреждение преступлений данной категории,

был Декрет СНК РСФСР от 14 января 1918 г. «О комиссиях для несовершеннолетних». В дальнейшем вышли в свет Декрет СНК РСФСР от 4 марта 1920 г. «О делах несовершеннолетних, обвиняемых в общественно опасных действиях», который внес изменения в декрет о комиссиях для несовершеннолетних, и постановление Наркомпроса, НКЗдрава и НКЮ, утвердившее Инструкцию комиссиям по делам о несовершеннолетних.

Документ предусматривал и действия при выявлении участия взрослых в совершении преступлений несовершеннолетними. Так, в ст. 5 говорилось, что при установлении преступного участия взрослых лиц в деле, комиссия должна сообщить надлежащему судебному и следственному органу об обнаруженных ею признаках преступного участия указанных лиц.8 Комиссии предписывалась также обязанность привлекать к судебной ответственности и взрослых с немедленной передачей дел о них в суд: за подстрекательство и склонение несовершеннолетних и малолетних к совершению общественно опасных деяний; соучастие с ними в преступлении или попустительство такового; эксплуатацию труда несовершеннолетних и малолетних, а также за склонение несовершеннолетних или малолетних к проституции и половым извращениям, сводничество и т. п.9

Приведенные документы достаточно полно регулируют составы, связанные с участием несовершеннолетних и вовлечением их в преступную деятельность, что, в первую очередь, было обусловлено тяжелым экономическим положением в стране и возросшим числом преступлений в этот период. В дальнейшем вопрос о вовлечении несовершеннолетнего в преступную и антиобщественную деятельность более четкого разрешения не получил. Положения же, рассмотренные выше, в принятом 23 мая 1922 г. Уголовном кодексе РСФСР законодательного закрепления не нашли. Данные вопросы не были отражены и в УК РСФСР 1926 г.

Позже особое значение получило Постановление ВЦИК и СНК от 30 октября 1929 г.,10 которое изменило редакцию ст. 12 УК РСФСР, установив, что дела о несовершеннолетних до 16 лет передаче в суд не подлежат.11 В тех условиях непривлечение несовершеннолетних до 16 лет к уголовной ответственности в ряде случаев приводило к вовлечению их в преступную

10 Там же. С. 317.

11 УК РСФСР (в редакции 1935 г.). М., 1935. С. 16.

деятельность взрослыми лицами. В сложившейся ситуации в целях быстрейшей ликвидации преступности среди несовершеннолетних ЦИК и СНК СССР 7 апреля 1935 г. было принято Постановление «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних», в соответствии с которым лица, уличенные в подстрекательстве или в привлечении несовершеннолетних к соучастию в различных преступлениях, а также в понуждении несовершеннолетних к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и т. п., караются тюремным заключением на срок не менее 5 лет.12

Впоследствии, 25 ноября 1935 г., были приняты Постановление ВЦИК и СНК «Об изменении действующего законодательства РСФСР о мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних, с детской беспризорностью и безнадзорностью» и УК РСФСР редакции 1926 г. Данный уголовный закон был дополнен ст. 73, предусматривающей уголовную ответственность за подстрекательство несовершеннолетних или привлечение их к соучастию в различных преступлениях, понуждение к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и другими преступлениями, а также антиобщественными действиями. Ст. 158 устанавливалась уголовная ответственность для опекунов за использование опеки в корыстных целях и оставление несовершеннолетнего без надзора и необходимой материальной

В дальнейшем более обстоятельную разработку проблема вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий получила в принятом 27 октября 1960 г. на 3-й сессии Верховного Совета РСФСР 5-го созыва Уголовном кодексе РСФСР, в частности, в самостоятельной норме (ст. 210). Наряду с ответственностью за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность была предусмотрена ответственность за вовлечение их в совершение антиобщественных действий: пьянство (с 1972 г.), в занятие попрошайничеством, проституцией, азартными играми (до 1974 г. и за склонение несовершеннолетних к употреблению наркотических веществ), а равно использование несовершеннолетних для целей паразитического существования. Вопросам, связанным с ее применением, было посвящено не одно постановление Пленума Верховного Суда, множество разъяснений содержалось в конкретных судебных определениях.

Вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность предполагало активные действия (предложения, уговоры, убеждения, угрозы,

12 Сборник документов по истории уголовного законодательства . С. 381.

13 Там же. С. 408.

обещания, просьбы, обман), представляющие собой психическое, а иногда и физическое воздействие на несовершеннолетнего, имевшее своей целью склонить последнего к различным формам антиобщественного поведения. Причинение телесных повреждений, побоев, истязаний и т. п. при вовлечении влекло уголовную ответственность по совокупности преступлений. При этом отсутствие указанного активного поведения не давало оснований для применения рассматриваемой статьи.14

Подстрекательство несовершеннолетнего к совершению преступления или привлечение его к участию в преступлении признавалось законом отягчающим обстоятельством (п. 6 ст. 39 УК РСФСР) и в качестве такового должно было учитываться при назначении наказания, что, однако, не освобождало виновного от ответственности по статье 210 УК РСФСР.

Осознавая важность защиты интересов подрастающего поколения, законодатель в 1972 г. дополнил УК ст. 210, где предусмотрел ответственность за доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения лицом, в служебной зависимости от которого находился несовершеннолетний, а в 1987 г. ввел ст. 2101, в которой установил ответственность за вовлечение несовершеннолетних в немедицинское потребление лекарственных и других средств, не являющихся наркотическими, влекущих одурманивание.

В дальнейшем более четко разработанные положения, изложенные в УК РСФСР 1960 г. (в отношении вопроса о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступлений и антиобщественных действий), нашли законодательное закрепление в Уголовном кодексе РФ, принятом 24 мая 1996 г. Государственной Думой и вступившим в силу с 1 января 1997 г. Огромные перемены, произошедшие в политической, экономической, социальной жизни нашей страны, обнаружили несовершенство уголовно-правовых норм, связанных с проблемой ответственности несовершеннолетних, и в частности, когда речь идет о вовлечении их в преступления и антиобщественные действия. Важность рассматриваемой проблемы выразилась в более глубоком и детальном подходе к рассмотрению и изучению преступлений, связанных с вовлечением несовершеннолетних в совершение правонарушений, когда субъектом преступления является взрослое виновное лицо. Кодекс содержит отдельную главу, в которой рассматриваются преступления, совершенные против семьи и несовершеннолетних.

Отличие действующего уголовного законодательства от УК РСФСР 1960 г. заключается, в первую очередь, в том, что вопрос о вовлечении не-

14 Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1968. № 3. С. 8.

совершеннолетнего в совершение преступлений и антиобщественных действий в настоящее время более детализирован. В УК РФ 1996 г. законодатель предусмотрел две самостоятельные уголовно-правовые нормы — ст. 150 и ст. 151. Такой подход есть результат нового осмысления данной проблемы и корректировки уголовно-правовых норм в соответствии с требованиями времени.

Тем не менее, несмотря на то, что действующий уголовный закон стал плодом теории и практики уголовного законодательства на протяжении многих лет, с момента вступления его в силу он неоднократно совершенствовался, в том числе и глава 20 УК РФ. Изменения, которые были внесены в указанную главу, свидетельствуют не только о несовершенстве действующего уголовного закона, но и о сложности рассматриваемых в нем вопросов, а также необходимости его постоянного обновления.

О некоторых проблемах квалификации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления

Рубрика: Государство и право

Статья просмотрена: 3118 раз

Библиографическое описание:

В статье рассматриваются некоторые проблемы квалификации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления на основе анализа действующего уголовного законодательства, материалов судебно-правовых актов и правоприменительной практики, научных подходов и авторского понимания.

Ключевые слова: проблемы, квалификация, вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, анализ, материалы, подходы

Вопросам анализа криминологической и уголовно-правовой характеристики преступности несовершеннолетних и преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних, в том числе причин и условий совершения преступлений несовершеннолетними, причин и условий, способствующих вовлечению несовершеннолетних в преступления и иную антиобщественную деятельность, привлечения к уголовной ответственности и квалификации за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления [8] посвящено немало публикаций. Такое положение не лишает автора высказать свое мнение о некоторых проблемах квалификации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления.

В Уголовном кодексе Российской Федерации [13] (далее — УК РФ) указанные общественно опасные деяния, предусматриваются в ст. 150 «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления» и ст. 151 «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий». При этом предметом данного исследования будут некоторые проблемы субъективной стороны при квалификации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления.

Согласно ст. 150 УК РФ предусматривается ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления путем обещаний, обмана, угроз или иным способом, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста [13]. Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, как и все общественно опасные деяния, предусмотренные УК РФ, характеризуются юридически значимыми свойствами и элементами состава преступления. Как известно в составе преступления принято выделять четыре элемента, каждый из которых образует группу признаков состава, характеризующих: 1) объект преступного посягательства; 2) объективную сторону; 3) субъективную сторону; 4) субъект преступного посягательства.

Правоприменительная практика показывает, что при квалификации указанного преступления наиболее часто возникают проблемы установления уголовной ответственности за данное преступление при определении его субъективной стороны. Как указывается в научной литературе, субъективную сторону вовлечения несовершеннолетнего в преступление образуют: вина в форме умысла, мотив и цель [1].

Общепризнано, что при определении содержания субъективной стороны состава преступления и характеризующих ее признаков (вина, мотив, цель, эмоциональное состояние) необходимо исходить из того, что она отражается в преступных действиях виновного.

Прежде всего, необходимо установить, что понимается под термином «вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления»?

В абз. 3 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» (далее — постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1), указывается, что «Под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления … следует понимать действия взрослого лица, направленные на возбуждение желания совершить преступление …. Действия взрослого лица могут выражаться как в форме обещаний, обмана и угроз, так и в форме предложения совершить преступление …, разжигания чувства зависти, мести и иных действий» [6].

Автор солидарен с научным подходом, что понятие «вовлечение» характеризует побуждение, стремление привлечь к участию, т. е. активные действия, направленные на то, чтобы другое лицо совместно с вовлекающим либо самостоятельно участвовало в совершении преступления. Тем самым, вовлекающее лицо действует с прямым умыслом.

При прямом умысле должно быть установлено, что лицо предвидело возможность или неизбежность совершения несовершеннолетним преступления или иного антиобщественного действия и желало наступления этих последствий. При косвенном умысле — что лицо предвидело возможность совершения несовершеннолетним преступления или иного антиобщественного действия, не желало, но сознательно допускает наступление этих последствий либо относится к ним безразлично [11, с. 162].

В отечественной науке уголовного права относительно вида умысла при совершении преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ, выделяются два научных подхода. Ученые, придерживающиеся первого подхода считают, что вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления возможно только с прямым умыслом [10, с. 46], а ученые,придерживающиеся второго подхода полагают, что не исключается возможность его совершения с косвенным умыслом [9, с. 97].

Автор этих строк, не вдаваясь в научную дискуссию, разделяет научный подход, что вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, характеризуется прямым умыслом и это вытекает из содержания самого термина «вовлечение», который означает совершение взрослым лицом активных действий, направленных на достижение определенной цели.

В диспозициях ч. 1–3 ст. 150 УК РФ мотив не является признаком основного и квалифицированных составов преступлений, однако установление мотива имеет обязательное значение для особо квалифицированного состава, определяемого по ч. 4 ст. 150 УК РФ. В ч. 4 ст. 150 УК РФ указывается, что деяния, предусмотренные частями первой, второй или третьей настоящей статьи, связанные с вовлечением несовершеннолетнего в преступную группу либо в совершение тяжкого либо особо тяжкого преступления, а также в совершение преступления по мотивам политической, идеологической, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы [13].

Это интересно:  Постановление Пленума ВАС РФ от 31.07.2003 N 16 О некоторых вопросах практики применения административной ответственности, предусмотренной статьей 14.5 КоАП РФ""

Поэтому закономерен вопрос: что в данном случае характеризуют мотивы политической, идеологической, национальной или религиозной ненависти или вражды, мотивы ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы — действия вовлекающего лица или преступное поведение несовершеннолетнего, в которое его вовлекает виновный?

Согласно п. 43. постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1, предусматривается, что «По делам в отношении обвиняемых в вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы необходимо устанавливать и отражать …, в чем конкретно выразились преступные действия таких лиц, подтверждающие их виновность в совершении деяний, которые предусмотрены ч. 4 ст. 150 УК РФ» [6].

Автор разделяет научный подход, что для квалификации по ч. 4 ст. 150 УК РФ следует установить, что вовлечение взрослым лицом по указанным мотивам в преступление должно сопровождается действиями, возбуждающими у несовершеннолетнего ненависть либо вражду. Указанные мотивы, которыми руководствуется взрослое лицо либо найдет отражение в квалификации действий совершеннолетнего как организатора, подстрекателя или соисполнителя преступления экстремистской направленности, либо будет признано обстоятельством, отягчающим наказание. Следовательно, квалификация по ч. 4 ст. 150 УК РФ будет иметь место только в случае, если взрослое лицо не просто вовлекло несовершеннолетнего в совершение преступления, но определенным образом формировало экстремистский мотив, которым несовершеннолетний руководствовался при совершении преступления — политический, идеологический, расовый, национальный или религиозный вражды или ненависти либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы [3, с. 99]. Исходя из этого вовлечение несовершеннолетнего в преступление приобретает особо общественную опасность для общества и государства.

Участие в совершении преступления взрослого и несовершеннолетнего не образует состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 150 УК РФ, а предложение совершить нападение, высказанное со стороны осужденного, свидетельствует лишь о совершении преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Таким образом, одной из проблем практического плана является и та, что под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления следственные органы и суд иногда понимают сам факт совершения преступного деяния несовершеннолетним вместе с взрослым лицом.

Это неверно с различных точек зрения (с теоретической и с практической), т. к. само по себе совместное участие в совершении преступления еще не есть вовлечение. Одно лишь совместное выполнение действий не является вовлечением по смыслу закона.

Кроме того, иногда в судебном заседании обстоятельства вовлечения детально не исследуются — зачастую устанавливается, что взрослый предложил совершить преступление, а несовершеннолетний согласился участвовать в его совершении, но не выясняется, было ли оказано активное психическое или физическое воздействие.

Наконец, грубой ошибкой при квалификации является отсутствие указания на то, в чем конкретно выразились действия взрослого лица, вовлекающего несовершеннолетнего в совершение преступного деяния, в случае, когда органы расследования и суд ограничиваются перечислением всех способов, указанных в диспозиции ст. 150 УК РФ, не раскрывая способ вовлечения несовершеннолетнего и в чем конкретно он выразился.

Автор разделяет научный подход, что вывод о наличии признаков ст. 150 УК РФ маловероятен, если не будет четко установлено: когда, где и при каких обстоятельствах имело место предложение совершить преступление. Виновные давали показания о том, что избиение потерпевшего началось одновременно всеми обвиняемыми по делу в связи с неприязненными отношениями к потерпевшему.

Также особое значение имеет положение о том, что если взрослый не знал о несовершеннолетии вовлекаемого в преступление лица, то он не может быть привлечен к уголовной ответственности по ст. 150 УК РФ. Другими словами, при изучении этого признака следует помнить, что вина есть психическое отношение к деянию, совершаемому определенным способом в конкретный период времени в отношении конкретного лица, или к наступившим последствиям.

Тем самым осознание общественно опасного характера совершаемого деяния означает четкое понимание виновным не только конкретной стороны совершаемых действий, но и того, что оно совершается в отношении несовершеннолетнего. Для привлечения к ответственности по ст. 150 УК РФ следует установить характер осознания виновным возраста вовлекаемого несовершеннолетнего, который может выражаться:

1) в определенном осознании возраста вовлекаемого;

2) осознании предположительном, когда виновный в самых общих чертах осознает возрастные характеристики вовлекаемого (например, лицо считает возможным наличие несовершеннолетнего возраста вовлекаемого и не исключает этого).

Это, однако, абсолютно не свидетельствует о том, что в последнем случае речь идет о косвенном умысле либо неосторожности в виде легкомыслия. В материалах судебной практики отмечалась возможность предположительного осознания возраста вовлекаемого. Так, в п. 8 ранее действовавшего постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.02.2000 № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних», предусматривалось, что «Если взрослый не знал о несовершеннолетии лица, вовлеченного им в совершение преступления, он не может привлекаться к ответственности по статье 150 УК РФ» [5].

Достаточно точным и исключающим двусмысленное толкование является положение, сформулированное в абз. 2 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1, согласно которому необходимо устанавливать, осознавал ли взрослый, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления, при этом, если взрослый не осознавал этого, то он не может привлекаться к ответственности по ст. 150 УК РФ [6].

Встречаются ситуации, когда виновный на судебном заседании не отрицает совместного участия с подростками в совершении преступлений и даже подтверждает факты вовлечения с его стороны, но утверждает, что не знал о возрасте вовлекаемых подростков, полагая, что они уже являются совершеннолетними.

В то же время подобную позицию взрослого виновного можно рассматривать, как стремление уйти от ответственности, т. к. анализ показаний несовершеннолетних может свидетельствовать об осведомленности относительно их возраста.

Таким образом, признаки состава преступления, определяемого ст. 150 УК РФ, отсутствуют, если нет достаточных данных, указывающих на осознание взрослого лица:

1) возраста несовершеннолетнего;

2) самого факта действий по вовлечению несовершеннолетнего в совершение преступления.

Исходя из того, что основными доказательствами осведомленности взрослого о возрасте несовершеннолетних являются, в первую очередь, показания вовлеченных несовершеннолетних и показания обвиняемого, именно из этих источников устанавливается сам факт вовлечения, его способ и осведомленность взрослого о возрасте подростка. При этом показания совершеннолетнего лица могут, напротив, указывать на отсутствие осознания возраста несовершеннолетнего.

Согласно мнениям практических работников, проблемы, возникающие при выявлении и расследовании данного вида преступлений, возможны в случаях, когда:

1) преступление совершается незапланированно;

2) со стороны взрослого нет четких активных умышленных действий по вовлечению несовершеннолетнего в совершение преступления;

3) взрослый и несовершеннолетний знакомятся при совершении преступления либо непосредственно перед его совершением.

Исходя из этого, возникает сложность в определении способа вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления и доказывания умысла взрослого из-за отсутствия свидетелей отношений между взрослым и несовершеннолетним. В связи с этим высказываются даже предложения со стороны ряда практических работников обязательно фиксировать в показаниях лица, вовлекающего подростка, фразу «…он осознавал, что вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления…», при этом никакие косвенные доказательства вины во внимание не принимаются, обвинительное заключение, в свою очередь, прокурором часто не утверждается [7, с. 6].

По мнению автора, очевидна ошибочность данной позиции с точки зрения материального права, т. к. даже при отсутствии признательных показаний виновного о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, отсутствии зафиксированной в процессуальных документах фразы «…он осознавал, что вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления…», умысел на вовлечение может быть установлен, если в материалах уголовного дела зафиксированы иные данные, свидетельствующие о возможном понимании виновным (хотя бы в общих чертах) несовершеннолетнего возраста вовлекаемого. И как верно подчеркивается А. Морозовым, «ссылка на отсутствие «стопроцентного» знания о возрасте не всегда выглядит убедительно, не служит целям охраны прав и законных интересов несовершеннолетних» [4, с. 57].

Вместе с тем для вменения состава преступления, определяемого ст. 150 УК РФ следует установить, что осознанием взрослого лица охватывался не только возраст несовершеннолетнего, но и то, что совершаемые им, взрослым, действия имеют характер вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления. Если же инициатива в совместном совершении преступления принадлежала несовершеннолетнему, то ни согласие взрослого совершить преступление, ни факт его участия в совместно совершенном преступлении нельзя квалифицировать по ст. 150 УК РФ.

Приведем пример из судебной практики. Д. обвинялся в том, что, будучи лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, и достоверно зная о том, что К. является несовершеннолетним, вовлек последнего в совершение преступления, предложив ему совершить совместно с ним хищение зерна из склада, расположенного на территории зернотока, пообещав впоследствии поделить деньги, вырученные от реализации похищенного. Однако суд, оправдывая Д. по ст. 150 УК РФ, указал, что, несмотря на полное признание Д. своей вины в совершении преступлений (он на предварительном следствии в своих показаниях сообщил, что К. знает с детства, осведомлен о том, что тот младше его на год), при решении вопроса об осознании подсудимым несовершеннолетнего возраста К. также следовало учесть, что 1) Д. не знал и никогда не сообщал ни следствию, ни суду точной даты рождения К., но при этом преступление, в которое якобы он вовлек несовершеннолетнего, было совершено за три месяца до наступления совершеннолетия последнего; 2) характер отношений между Д. и К. не имел признаков возрастного неравенства, то есть никто из них не доминировал над другим как старший по возрасту и не имел более высокий авторитет как более опытный человек; 3) тот факт, что Д. возбудил у К. материальный интерес к совершению преступления путем обещания поделить полученные преступным путем деньги от продажи похищенного зерна, опровергается тем, что сбытом похищенного занимался именно К., который и поделился деньгами с достигшим совершеннолетия Д.

Судом было подчеркнуто, что сам по себе факт совместного с несовершеннолетним участия взрослого лица в совершении преступления не образует состава преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ [2].

Следовательно, требуется тщательный анализ обстоятельств дела, признание определенных материалов в качестве относимых и допустимых доказательств по делу, необходимо выяснять то, на чем основываются утверждения отдельных лиц о том, что взрослое лицо знает о возрасте несовершеннолетнего.

При этом, если лицо не знало и по обстоятельствам дела не могло знать о несовершеннолетии вовлекаемого, то в таких случаях его действия нельзя квалифицировать по ст. 150 УК РФ.

По мнению автора, при квалификации по ст. 150 УК РФ в случае вовлечения несовершеннолетнего в совершение конкретного преступления не имеет значения, побуждают несовершеннолетнего совершить преступление самостоятельно либо совместно с взрослыми соучастниками. Виновный в обеих ситуациях несет ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления и за участие в конкретном преступлении в роли соисполнителя или иного соучастника. Если несовершеннолетний, не достиг уголовно-правового возраста, то совершеннолетний, вовлекший его, признается посредственным исполнителем вне зависимости от его фактической роли в совершенном деянии и несет ответственность по определенной части ст. 150 УК РФ и другим конкретным статьям (статье), предусматривающим ответственность за совершенные преступные деяния.

В абз. 4 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1, предусматривается, что преступление по ст. 150 УК РФ является оконченными с момента совершения несовершеннолетним преступления, приготовления к преступлению, покушения на преступление, если последствия, предусмотренные диспозицией названной нормы, не наступили по не зависящим от виновных обстоятельствам, то его действия могут быть квалифицированы по ч. 3 ст. 30 УК РФ и по ст. 150 УК РФ [6]. Тем самым указанное преступное деяние является оконченным в момент совершения действий, направленных на вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, и совершения несовершеннолетним приготовления к преступлению или покушения на преступление.

В абз. 4 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 указываются слова «… если последствия, предусмотренные диспозицией названной нормы …» [6], тем самым предлагается считать состав преступления, предусмотренного ст. 150 УК РФ, материальным, что вызывает необходимость устанавливать предвидение лицом наступления последствий в виде совершения несовершеннолетним преступления и отношение виновного лица к этим последствиям.

Следует отметить, что в отечественной науке уголовного права в части конструкции объективной стороны состав преступления по ст. 150 УК РФ определяется как формальный, т. е. преступление является оконченным с момента вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления независимо от того, совершил ли он какое-либо преступление или нет [11, с. 513].

Автор разделяет научный подход, что необходимо исходить из разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 в части конструкции состава преступления, предусмотренного по ст. 150 УК РФ.

В абз. 5–6 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1, указывается, что «В случае совершения преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности, лицо, вовлекшее его в совершение преступления, в силу ч. 2 ст. 33 УК РФ несет уголовную ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения. Действия взрослого лица по подстрекательству несовершеннолетнего к совершению преступления при наличии признаков состава указанного преступления должны квалифицироваться по ст. 150 УК РФ, а также по закону, предусматривающему ответственность за соучастие (в виде подстрекательства) в совершении конкретного преступления» [6].

По мнению автора, дознавателю, следователю и судье необходимо тщательно анализировать указанные вопросы в силу того, что постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 существенным образом изменило устоявшиеся практические подходы по квалификации составов преступлений, определяемых по ст. 150 УК РФ.

Таким образом, данное исследование может пониматься как анализ действующих норм УК РФ, материалов судебно-правовых актов и правоприменительной практики, позволяющих дознавателю, следователю и судье правильно квалифицировать общественно опасные деяния взрослого лица о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, и как совокупность отдельных рекомендаций, связанных с недопущением принятия процессуального решения в ходе предварительного расследования, а судом вынесения несправедливого решения по делам указанной категории.

Статья написана по материалам сайтов: stykrf.ru, be5.biz, cyberleninka.ru, moluch.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector